 |
|
Борис Орлов |
|
|
|
|
Борис Александрович Орлов,
поэт-маринист,
секретарь Союза Писателей
России, председатель
правления
Санкт-Петербургского
отделения Союза Писателей
России, главный редактор
газеты "Литературный
Петербург"
 Борис
Александрович Орлов родился
7 марта 1955 года в деревне
Живетьево, Брейтовского
района, Ярославской области.
Окончил:
Ленинградское
высшее военно-морское
инженерное училище имени
Ф.Э. Дзержинского (1977).
Московский литературный
институт имени М. Горького
(1985).
Служил на Северном флоте
на
атомной подводной лодке
(1977—83). Работал в
газетах: "На страже
Заполярья" (1983—86),
"Советский моряк" (1986—90).
Был начальником отдела
Центрального военно-морского
музея (1990—93). С 1993 года
- главный редактор
еженедельника Ленинградской
Военно-Морской Базы и
Военно-Морских Учебных
Заведений в Санкт-Петербурге
«Морская газета».
Руководитель ЛИТО "Путь на
моря" им. Всеволода Азарова. Главный
редактор «Литературного
Петербурга». Капитан 1-го
ранга.
Автор 13 книг стихов.
Печатается как поэт с 1972:
Район, газ. "Заря
коммунизма".
Автор кн. стихов:
Гранитный Север. М., 1983;
Листва. Мурманское изд-во,
1985;
Море и поле. М.,
"Современник", 1986;
Дыхание. М., "Молодая
гвардия", 1990;
Прозрение. СПб., 1993;
Путь на Голгофу. СПб., "Арт-Борей",
1995;
Диалог с Творцом. СПб.,
"Культура", 1996;
Избранная лирика. СПб.,
"Редактор", 1996;
Тень тернового венца. СПб.,
2000.
Печатает стихи в журнале
"Нева" (1999, № 4; 2000, №
5).
Секретарь Союза писателей
России, член правления
Санкт-Петербургской
организации СПР, член
Санкт-Петербургского союза
журналистов, член СП СССР
(1986), Православного
общества санкт-петербургских
писателей. Член правления СП
России (с 1999).
Академик Петровской академии
наук и искусств.
Награжден медалями. Лауреат
литературных премий "Золотой
кортик" (1994), им. К. М.
Симонова (1998), им. В. С.
Пикуля (1999). Живет в
Кронштадте.
Сборник стихов "Россия
куполами колосится"
Сборник стихов "И с верой
жить..."
Сборник стихов "Осколки"
Сборник стихов "Новые стихи"
Страничка автора
*
* *
Черная подлодка.
Черная вода.
Черная пилотка -
Красная звезда.
*
* *
Листва дурманит
запахом земли,
Лишайник
растекается на стенах.
Архангелами в небе
журавли
Трубят о
предстоящих переменах.
Тревожит сердце
облачная рябь -
Печаль о
невозвратном и любимом.
Как сигареты,
раскурил сентябрь
Березы, наслаждаясь
желтым дымом.
Слепым дождем
прибило в парке пыль,
Колышутся аллеи в
дымке зыбкой.
Парит над
Петропавловкою шпиль -
Божественный смычок
над красной скрипкой.
И отраженья
кораблей царя
Хранит Нева,
прижавшись к парапетам.
Намыло листьев,
словно янтаря,
На влажных берегах
балтийским ветром.
Перемешалось все: и
цвет, и звук,
И бесконечной
кажется прогулка.
Осенне-золотистый
Петербург
Поет, как
музыкальная шкатулка.
*
* *
Как сломанное
радио, молчит
Переселенцем
брошенный скворечник.
Листва погасла
огоньком свечи,
Пропали в мокром
небе птичьи речи.
Еще дожди толкутся
у запруд,
И в огородах
горький запах дыма,
Но копны сена вдоль
полей плывут
Китайскими
фонариками в зиму.
В деревне люди
ходят не спеша,
Их по утрам дожди
не раздражают.
Ни музыки, ни
радости. Душа
Молчит, как сад,
грустя по урожаю.
Б. Подопригоре
Нелегко живется,
плохо спится -
Душно, как в
колымских лагерях.
У страны прозрачные
границы,
Но в домах запоры
на дверях.
Спрятались в себя,
как дезертиры,
И на мир взираем из
окна.
До размеров
собственной квартиры
Съежилась великая
страна.
ПОЗДНЯЯ ВСТРЕЧА
Легкая усталость и
покой.
Не смущает истина
нагая.
Ты другая. Да и я
другой.
Но и жизнь вокруг
совсем другая.
Тих и откровенен
разговор.
В паузах - дыханье
неземное.
Нет иллюзий. А для
дум - простор.
Жизнь, как пыль,
клубится за спиною…
* * *
Ещё уважает родня,
И дел впереди -
выше крыши.
Но знаю, что вам
без меня
Спокойней жилось бы
и тише.
Не радуйтесь! Я не
уйду
От вас... Не умру
под забором.
Мне нечего делать в
аду,
А в рай меня пустят
не скоро
* * *
Шелестел деньгами и
бумагами,
Строил, разрушал,
окопы рыл.
Под двумя
Андреевскими флагами
Век ХХ в прошлое
уплыл.
Век - за
горизонтом. Лаком книжности
Паруса покрылись.
Зыбь в морях.
Времена не терпят
неподвижности,
Их не удержать на
якорях.
|
|
* * *
Конец походу — рюмки всклень
полны.
В квартирах наших — жены, а
не вдовы:
Вернулись все — ни мертвых,
ни больных!
И флаг трепещет, и скрипят
швартовы.
Зачеркивали дни в календаре
—
И жизнь быстрей летала, чем
в романе.
Нас берегла любовь — на
корабле
Кружились тени из
воспоминаний.
Святое дело — выпить двести
грамм,
Приправив парой боцманских
историй.
Мы пили за любовь, за милых
дам.
И только после — тост: “За
тех, кто в море!”
* * *
Улетели ласточки. Над кручей
Ива расплескала свой наряд.
Стали ночи холодней и гуще,
Но в траве кузнечики звенят.
Шаг тяжел. И постарело тело.
Чаще ждем нерадостную весть.
В детстве мир мечтаем
переделать,
В старости — оставить все
как есть.
ОДУВАНЧИКИ
И желтые, и белые… Стихия.
День в серебро переплавляет
медь.
Одни шмелей целуют, а другие
Мечтают сами в небо улететь.
Придет июль — мы, кажется,
ослепли:
Тревожно по лугам блуждает
взгляд.
Ни серебра, ни меди… Только
стебли,
Как будто наковаленки,
звенят.
А. Р.
Разговор — и вкривь, и
вкось! — рвется, будто нить.
С сумасшедшими людьми любо
говорить.
Собеседник — то Нерон, то
Наполеон,
Да и ты им в пять минут в
графы возведен.
В плен берет безумьем речь,
набирая власть,
Мало смысла, но в словах —
искренность и страсть.
Нет ни меры, ни границ —
тусклый свет и мгла.
Даже кажется, что ты сам
сошел с ума.
* * *
О чем жалеть? Секретов нет
отныне.
В окне горит вечерняя
звезда.
Жизнь догорает, как дрова в
камине.
Я постарел, и ты не молода.
Сгущается в саду ночная
темень.
Наш разговор натянут, будто
нить.
Мы разные с тобой, но в то
же время
Мы так близки, что не
разъединить.
*
* *
Синеет колокольчик
на полянке,
У муравья букашка
на горбу.
И, как цыплята,
бледные поганки
Бредут передо мной
через тропу.
Летят по небу стаи
синих кружев,
Лес освещен, как
лампа, изнутри.
Прогрело воду в
лягушачьих лужах,
И, как перед
грозой, земля парит.
Хотя и душно,
дальний гром не слышен,
Но слышен лай собак
из деревень.
И, нахлобучив
драночную крышу,
Спиной сторожка
подпирает день.
*
* *
«Я список кораблей
прочел до середины».
О. Мандельштам
Указ или приказ –
как вражеский фугас:
Уходит флот ржаветь
на мели и глубины.
Я список кораблей
прочел десяток раз,
А раньше я не мог
прочесть до середины.
Останки кораблей –
вдоль русских берегов,
Но сраму ни они, ни
моряки не ймут.
Все тайные враги… а
явных нет врагов,
И гибнут корабли
трагичней, чем в Цусиму.
Заморские моря
грустят без наших рей,
Но флаги на морях
не нашего пошива.
О флотские сыны –
романтики морей!
Здесь правит не
любовь, а зависть и нажива.
23.04.2002 г.
|
 Резюме
и подборка
стихов
Олег Драченко,
Николай
Ковыляев
Борис Орлов, выпускник 1977
г.
Сборник стихов "Россия
куполами колосится"
Сборник стихов "И с верой
жить..."
Сборник
стихов "Осколки"
Сборник стихов "Новые стихи"
|
|
|
|
|
